Илья

Кто ты? Как оказался в Берлине?

Меня зовут Илья, я из Эстонии, моя мама — с детства осевшая в Эстонии беларуская еврейка, отец — русский (хотя есть и украинские, и грузинские корни). Времена моего детства и становления я провел как бы на границе времён и миров: родился накануне развала Союза, а в 90-е годы моя семья моталась между Таллинном и Санкт-Петербургом. Здесь проходила граница между империей и новым национальным государством, стремящимся к гражданскому обществу и европейским ценностям. Благодаря этому у меня сложился такой своего рода пограничный опыт, меня тянет к неким пограничным топосам.
Берлин для меня — один из таких топосов. Здесь до сих пор ощущается незримая стена, граница между Западом и Востоком. Мне нравится, что здесь в одном пространстве живут люди с очень разными способами существования и люди в целом принимают способы существования друг друга. Берлин — подходящее место для людей, которые не обладают каким-то чётким представлением о своей идентичности. Таким человеком являюсь и я. Эстонское гражданство у меня относительно недавно. Долгое время я был апатридом, обладателем т. н. паспорта негражданина. По-английски на обложке значилось «alien's passport». Паспорт «чужого» — ироничное название официального подтверждения моего ощущения невозможности полностью принадлежать ни к одной гражданской или национальной идентичности.
Так как я приехал из Эстонии, переезд в рамках Европейского Союза не воспринимаю как миграцию. Для меня это просто путешествие в пределах одной политической территории. Я сначала поехал учиться по обмену в Кёльн: в Эстонии не было преподавателей по джазовой флейте, а мне хотелось заниматься именно импровизацией, поэтому я оказался там. Я остался в Кёльне на первую магистратуру и провёл там больше трёх лет, но этот город так и не стал для меня родным, он мне всегда казался очень стерильным.

Какие языки используешь в повседневности? Какой язык считаешь языком своей души?

Я социализировался в русскоязычной среде, до 9 класса учился в петербургской классической гимназии, где особое внимание уделяли античной культуре, древним языкам (латынь, древнегреческий) и истории европейской культуры в целом. Там старались привить мысль о том, что русская культура — часть европейской парадигмы, то, что последние годы государственная политика в России всячески пытается отрицать.
Древние языки я, конечно, подзабыл, а вот в повседневной жизни использую немецкий, русский, английский. Когда приезжаю домой на каникулы, использую и эстонский (эстонской языковой среды в Берлине у меня, к сожалению, не сложилось). Эстонский я начал учить только после того, как окончательно вернулся в Эстонию в 14 лет, поэтому знаю его не так хорошо, как хотелось бы. Немецкий начал учить раньше, ещё в школе, и после 10 лет жизни в Германии владею им, пожалуй, лучше эстонского.
Язык моей души всё-таки русский, но и немецкий становится всё более близким.

Был ли момент, когда пришло понимание, что Берлин тебя принял?

Пока я жил в Кёльне, я впервые попал в Берлин. И это была любовь с первого взгляда. Я сразу понял, что хочу жить именно здесь. После окончания магистратуры в Кёльнской консерватории я переехал в Берлин, чтобы учиться в киноуниверситете Бабельсберг на композитора кино.

Расскажи о местах, где ты чувствуешь, что это твой Берлин.

Сейчас я живу на границе Шарлоттенбурга и Вильмерсдорфа, в районе, где много набоковских мест. Однако мой любимый район Пренцлауэр-Берг, да и вообще Восточный Берлин мне ближе Западного. Я преподаю флейту в музыкальной школе в Нойкёльне и учусь в киноуниверситете Бабельсберг. Это два совершенно разных мира.
Бабельсберг формально уже не Берлин, а Потсдам, но и здесь есть это особое ощущение пограничности. Мой университет находится напротив знаменитой студии Бабельсберг, где снималась Марлен Дитрих, снимал свой «Метрополис» Фриц Ланг, а позже — Тарантино своих «Бесславных ублюдков» и Полански «Пианиста». Рядом расположен странный парк аттракционов «Фильмпарк Бабельсберг», посвящённый фильмам 80-х и 90-х, который выглядит очень устаревшим. Как-то я случайно забрёл туда через открытые ворота. Там не было ни души, и я гулял один среди сюрреалистических вулканов и макетов динозавров из «Парка юрского периода».
Здание университета стало моей настоящей альма-матер. Впервые за долгие годы учебы я почувствовал себя на своем месте, хотя пандемия сделала этот опыт несколько меланхоличным и многие связи не сложились так, как могли бы, не будь ковида.
Музыкальная школа, где я преподаю, находится в Нойкёльне в районе Боддинштрассе. Мне нравится гулять по кладбищу St. Jakobi Kirchhof, здесь же и уютное кафе Jakobi. Нойкёльн, правда, в целом мне не близок, как и Кройцберг, зато Пренцлауэр-Берг я просто обожаю.
Особенно люблю оживленный перекресток Эберсвальдер штрассе, уютный персидский ресторан Aftab на Kastanienallee, небольшие парки вроде Friedhofspark Pappellallee и парк у водонапорной башни. Планетарий, а чуть дальше, на границе с Вайсензее, культурный центр «Бротфабрик». Конечно же, Мауэрпарк с уличными музыкантами и воскресным фломарктом. Приятная улица Одербергер штрассе — здесь бары с недорогими аперолями, Kulturbrauerei и, конечно же, всем нам известный культурный центр Panda Platform.
Ещё один район, который мне близок, — Шпандауэр форштадт в районе Хакешер Маркт. Моя любимая улочка здесь — Sofienstrasse и двор церкви св. Софии. Это был раньше еврейский район, тут недалеко старое еврейское кладбище и синагога. В Хакешер Хофе находится моё любимое кафе Ben Rahim, а в соседнем разрисованном граффити закутке — Сafe Сinema, кинотеатр Сentral и магазин дизайна и выставки в Neurotitan. Шарлоттенбург мне не особенно близок, но и там есть важные для меня места, например, парк у Липницзее и Schwarzes Cafe на Кантштрассе.
Я увлекаюсь буддизмом, поэтому мне близки буддийские центры в берлине: Dharma Mati недалеко от Westend и центр Bodhicharya во Фридрихсхайне. Оба места — настоящие островки покоя. Мне очень нравится центр в районе вокзала и Рейхстага, современная правительственная архитектура вдоль Шпрее. Здесь есть какое-то ощущение идеализма, гуманизма, устремления в будущее, утопии.
А еще я беру студенческий годовой абонемент за 50 евро и могу ходить во все городские музеи. Мой любимый – Gemäldegalerie.
Мой театр — Schaubühne. Всё, что я там видел, очень откликалось мне.

Где ищешь и находишь общение?

Я нахожу общение на танцевальных мероприятиях, например, техно-вечеринки в клубе About blank. Или на джемах, как в клубе Rotbart в Нойкёльне, где раз в месяц устраивают соул-сессии, в которых я люблю участвовать.
Пока рассказываю это все, понимаю еще раз, насколько мне хорошо в Берлине.

Лето 2024
Интервью: Людмила Погодина